Где находилась Мангазея

Автор: | 06.03.2016

Россия, Сибирь, Легендарная Мангазея. Село Туруханск.

Мангазея- первый русский город  Восточной Сибири, основан в 1600 году на правом берегу реки Таза, вел значительную торговлю и считался главным пунктом Нижне-Енисейского края, после двух пожаров обеднел настолько, что во 2-й половине XVII века окончательно запустел.

Местоположение и проезд

79583113_P7145435

Аллегорический город

Село на берегу реки Нижняя Тунгуска, приток Енисея.
Географические координаты: Широта 65°47′36″N (65.793214);Долгота 87°57′33″E (87.95917).
Проезд из Москвы: самолетом до Красноярска-4 час. 30 мин, далее самолетом до аэропорта Туруханска-2 час. 30 мин или из Красноярска по Енисею на речном транспорте (речной вокзал на берегу Енисея в г. Красноярск)

5 ; Posle 22 iiunia 1927 g. V uchastok.

22 iиюня 1927 года, Пристань

Проезд из Санкт-Петербурга:самолетом до Красноярска-4 час. 50 мин, далее самолетом до аэропорта Туруханска-2 час. 30 мин или из Красноярска по Енисею на речном транспорте (речной вокзал на берегу Енисея в г. Красноярск)
Расстояние от Москвы- 5500 км., от Санкт-Петербурга- 6200 км.

Что посетить.Краткая история и интересные места

1792 год_Карта

1792 год_Карта

Что посетить. Интересные исторические и географические объекты.
В селе существует вся инфраструктура современного населенного пункта: Школы, детские сады, магазины, аэропорт.
Краткая история и описание этих земель.

В описаниях голландских экспедиций, сделанных Яном ван-Линшотеном и опубликованных в 1601 году с весьма интересными картами того времени, говорится, что вторая голландская экспедиция, состоящая из 6 судов, нагруженных товарами и деньгами, прибыла к Югорскому Шару 19 августа 1595 года, где встретила лед. От русских промышленников и самоедского князька она собрала чрезвычайно интересные сведения, что лед в скором времени исчезнет и что лето продолжится еще 7 недель, и что иногда пловучий лед держится в проливе все лето, что зимой пролив замерзает, но море по обе стороны пролива не замерзает; наконец, что русские корабли, нагруженные товарами, ходят ежегодно через пролив этот мимо Оби на реку Енисей, где зимуют, что жители по реке Енисей православного вероисповедания. Вместе с тем самоеды дали экспедиции также верные сведения о дальнейших берегах Ледовитого океана, лежащих за Енисеем.

Экспедиции удалось вскоре выйти в Карское море, но увидев плавающий лед и боясь подвергать опасности от льдов суда, нагруженные дорогими товарами, суда решили вернуться в Голландию.
Уже тогда, очевидно, было развито широко торговое судоходство между северным побережьем России и сибирскими реками- Обью и Енисеем. Все это ясно показывает, что путь по Ледовитому океану вдоль северных берегов России в Сибирь по воде, был еще раньше пройден русскими промышленниками и торговцами. Трудно сказать, кто и когда прошел первым по этому пути, но вероятнее всего, что честь принадлежит предприимчивым и отважным новгородцам. Профессор Буцинский, автор книги «Мангазея и Мангазейский уезд»Bucinskiy_K_ist_Sibiri_Mangazeya_1601_1645_978_5_4460_0603_8 высказывает мнение, что морской путь в Мангазею известен был новгородцам и суздальским колонистам задолго до основания Архангельска и на основании некоторых исторических указаний считает, что новгородцы еще в 1364 г. ходили именно из устьев Северной Двины, Белым морем, Карским морем и речками полуострова Ямала в Обскую губу на реку Обь и воевали тамошних инородцев. Некоторые историки склонны относить начало этих плаваний даже к XI веку. В „Историческом описании Российской коммерции” Чулкова читаем: „жители Северной страны для получения мягкой рухляди как прежде, так и по построении города Архангельска, ездили на реку Обь и до Мангазеи”. Новгородцы совершали плавание ради обдорских и тазовских или мангазейских самоедов, у которых был в изобилии драгоценный пушной товар. Лерберг, имея в виду упомянутые выше попытки голландцев и англичан в XVI и XVII век пробраться в Северный океан через Карское море, замечает: „каких трудов и несчастий избавились бы голландские и английские мореплаватели, отыскивая северо-восточный путь в Индию, если бы могли пользоваться гидрографическими познаниями, которые в Великом Новгороде известны были за несколько сот лет до того”. Мангазея была известна русским и инородцам северной Руси задолго до завоевания в 1581 г. Сибири Ермаком, торговля и промыслы в тамошнем крае давно привлекали туда предприимчивых людей. Но Московское правительство долгое время об этом ничего или очень мало знало, и только в самом конце XVI века до него начали доходить на этот счет разные сведения. На основами летописных данных известно, что в 1598 г. Царь Феодор Иоаннович отправил в Мангазею и на Енисей Федора Дьякова с товарищами для «проведания» этих стран и для обложения тамошних инородцев ясаком (натуральный налог, который до середины XIX в. народы Сибири платили преимущественно пушниной). Дьяков возвратился в Москву в 1600 г. Конечно, торговые люди, продолжает проф. Буцинский, проведали о посылке Дьякова и знали, чем она должна кончиться: правительство построит город в Мангазее, и тогда их вольной торговле в том краю настанет конец. И вот они, забегая вперед, в 1599 г., просят Царя Бориса „пожаловать их, разрешить им ездить для торговли и промыслов в Мангазею морем и рекою Обью, на реки Пур, Таз и Енисей и торговать «повольно» (Свободно, вольно, беспрепятственно) с самоедами, которые живут по тем рекам”. Борис Федорович пожаловал челобитчиков,—разрешил им вольную торговлю в тех местах, но с тем, чтобы они выплачивали в государеву казну обыкновенную десятинную пошлину и не торговали заповедными товарами. Эта грамота дана в январе 1600 года.

Мангазея

Начальное расположение города Мангазея (по Карте Енисейской губернии (из Атласа Азиатской России 1914 года)

В следующем 1601 году, в царствование Бориса Годунова, был основан город Мангазея, в 200 верстах выше устья реки Таза, впадающей в Обский залив. Город этот в короткий промежуток, времени становится центром торговли, куда стекаются для менового торга отважные промышленные люди и торговцы со всей северной России.
Вся эта огромная территория, занятая Мангазейским уездом, соответствовавшая, приблизительно, нынешнему Туруханскому району, называлась тогда „заморской государевой вотчиной”, и морской путь туда по „студеному морю” назывался „старым”.
По описанию, город Мангазея имел 5 башен, а между ними стены, вышиною по полторы сажени (3 метра). в которых главным образом и ютились хаты местного населения. Внутри города было две церкви (Троицкая и Успенская), воеводский двор, съезжая изба, таможенная изба, гостиный двор, торговая баня, амбары, лавки и тюрьма.
Ежегодно там устраивалась ярмарка, когда торговые и промышленные люди с торгов и промыслов возвращались на Русь, и временно собиралось свыше двух тысяч человек приезжих гостей. Служилые люди, казаки и стрельцы, духовенство, толмачи составляли постоянное население города. Обороты торговли с Мангазеей для того времени доходили до крупных цифр, привозилось товаров на несколько сот тысяч рублей, много поступало средств и в государеву казну.
Кроме ясака, который собирался с инородцев мехами, были установлены разнообразные пошлины, крайне отягощавшие торговцев и промышленников, как-то: поголовные, амбарные, лавочные, поживотные, проезжие, отъезжие и др., но самая главная пошлина—это десятинная с промыслов, с купли и продажи всяких товаров и разных съестных припасов, которые торговые и промышленные люди привозили в Мангазею, за исключением хлеба, который пропускался безпошлинно. Потом была установлена пошлина и на хлеб, привозившийся сначала с Руси, но с развитием хлебопашества в Верхотурском, Туринском и Тюменском уздах доставляется по притокам р. Оби в Тазовскую Губу и Мангазею. В этих сибирских уездах в урожайные годы пуд муки стоил несколько копеек, а в Мангазее и Туруханске он продавался по 50 коп., по рублю и по 2 рубля.
Но кроме установленных пошлин крупною статьею денежных доходов в Мангазее была продажа вина и меду, там был открыт государев кабак.
КочаОднако Тобольский воевода князь Куракин (в 1616 г.), не сочувствовавший торговым сношениям морем с Сибирью, начал писать в Москву, что „торговые и промышленные люди ходят кочами (Коч, в разных говорах – коча, кочмора, кочмара) – это судно, приспособленное как для плавания по битому льду, так и для волока.) от Архангельского города на Карскую губу и на волок в Мангазею, а другая дорога с моря в Енисейское устье большими судами, и что немцы нанимали русских людей, чтобы их от Архангельского города провели в Мангазею .
Сообщая в Москву сведения о морском пути в Мангазею, воевода князь Куракин высказывал свои опасения, что им могут воспользоваться немцы, „а по здешнему, государь”, писал этот воевода: „по сибирскому смотря делу, некоторыми обычаи немцам в Мангазею торговать ездити позволить не можно; да не токмо им ездити (ездить), иное, государь, и русским людям морем в Мангазею от Архангельского города для немцев ездить не велеть, чтоб на них смотря немцы дороги не узнали и проехав бы воинские многие люди сибирским городам какие порухи не учинили”.(не захватили бы землю).

Волок по рекам Мутной и Зеленой

Волок по рекам Мутной и Зеленой

По полученным на допросе воеводой сведениям— от Архангельского города ход к Мангазее близок: „по вся годы многие торговые и промышленные люди ходят кочами со всякими немецкими товарами и хлебными запасами и поспевают до Мангазеи в 4- 4 1/2 недели”.
Эти донесения так всполошили московское правительство Михаила Федоровича, что в том же году было запрещено под страхом великой опалы и казни плавать этим путем в Мангазею и обратно, а всех торговых и промышленных людей приказано было направлять в Мангазею и из Мангазеи на г. Березов и Тобольск через Верхотурскую заставу. А одного из рассказчиков про немецких людей Еремку Савина даже велено „за то, что чает он по вся годы немецких людей приходу», бити батоги нещадно, чтобы, на то смотря, иным было неповадно воровством смуту затевать”. Эти распоряжения, наносившие смертельный удар морской торговле и закрывшие сибирское северное поморье не только от Европы, но и от самой России, вызвали на имя Царя челобитную торговых и промышленных людей всех городов, которые ходят для торгов своих и промыслов в Мангазею. В челобитной своей они писали, — чтобы „их пожаловать, велеть им из Мангазеи к Руси и в Мангазею с Руси ходить позволить большим морем и через Камень по прежнему, чтобы им впредь без промыслов не быть, а государевой соболиной казне в их без торжищ и без промыслу в десятой пошлине убытку не было”. И Царь пожаловал торговых и промышленных людей всех городов и велел им ходить с Руси в Мангазею и из Мангазеи на Русь большим морем и через Камень по прежнему; он велит только скрывать этот ход, чтоб об нем не проведали немцы.
Но воевода князь Куракин не успокоился на этом. В своих дальнейших отписках в Москву он продолжает настаивать на воспрещении плавать в Мангазею большим морем, так как невозможно будет пошлину собирать, поэтому необходимо направлять торговых и промышленных людей в Сибирь и обратно только сухим путем, через заставы. Тогда „государеве пошлине прибыль будет вдвое”, и кроме того немецкие люди по следам русских могут пробраться в Мангазею и на Енисей и тогда государевой казне наверно будет ущерб. В заключение своей отписки князь Куракин добавляет, что о заказе государевом в сибирские и в поморские города к воеводам он писал, а „укрепится ль тот заказ или нет, и мне холопу твоему того неведомо, потому: места дальние, а поморские городы присуд не сибирский, и моих, холопа твоего отписок не слушают. И буде, государь, которыми мерами корабельной ход морем в Мангазею проищется, а мне бы в том от тебя государя в опале не быть”.
Эти сообщения еще более испугали московское правительство, и в своих ответных грамотах оно приказывает: „а будет которые русские люди пойдут в Мангазею большим морем и учнут (начнут) с немцами торговать мимо нашего указу, а тем их не послушанием и воровством и изменою немцы или иные какие иноземцы в Сибирь дорогу отыщут, и тем людям, за то их воровство и за измену, быть казненным злыми смертьми и домы (дома) их велим разорить до основания”.
Князь Куракин добился таким образом в конце концов того, что в 1620 году было повелело запереть морской ход в Сибирь и русским людям под страхом смертной казни, а для преграждения пути по волоку на реках Мутной (река Муртыяха) и Зеленой (река Сёяха) построить остроги.
Поморский Маршрут„На остров Матвеев (Матвеев остров, Заполярный район, НАО, Россия, Широта: 69°27′58″N (69.466068); Долгота 58°31′53″E (58.531295) и и на Югорский Шар (пролив Югорский Шар, Заполярный район, НАО, Россия, Широта 69°43′33″N (69.725837); Долгота 60°33′56″E (60.56548) летом отправлялась стража, которая должна была собирать пошлины с промышленников и торговцев в пользу казны. Этот сбор производился с большими стеснениями и лихоимством. Такие меры имели до того гибельное влияние на русское, собственно, беломорское мореходство, что к концу XVII столетия не только купцы, но и зверопромышленники прекратили морские плавания на восток и даже на Новую Землю и ограничились только ближайшими водами”.
С тех пор Мангазея быстро идет к упадку, становится мало кому нужной. Pусские торговцы и зыряне привозили на реки Таз и Енисей разные железные, медные, оловянные и деревянные изделия, мужские и женские рубахи, поношенные и новые, разноцветные зипуны английского и сермяжного сукна и пр. Плавания свои они совершали по Ледовитому океану без всяких морских карт, даже без компаса, на небольших судах-кочах, и между тем о крушениях на морском пути нет и помину. Весь путь морской из устьев Двины при благоприятной погоде совершался в один месяц, а если выплывали из Мезени, Пинеги, Печоры, то достигали Мангазеи гораздо скорее.
Для всех этих двинян, мезенцев, пинежан, устюжан, которые главным образом и вели там торговлю, морской путь был гораздо ближе и легче, чем тот, который установило московское правительство через Верхотурье и Тобольск. Одно только плавание из Тобольска до Мангазеи, при благоприятной погоде, требовало 8 недель, а при неблагоприятных условиях продолжалось и 13 недель, и суда часто терпели аварии в Обской губе. Да сколько еще нужно было времени для жителей северных губерний, чтобы добраться с товарами до г. Тобольска.
Часовня в Старой МангазееК концу царствования Михаила Федоровича торговля города Мангазеи значительно пала. К тому же и местные промыслы сократились: соболи и бобры опромышлялись, начали создаваться новые торговые центры. Наконец и некоторые случайные обстоятельства имели большое влияние на падение города Мангазеи, а именно: с 1641 г. и до 1644 г. в этот город не пришло ни одной кочи с хлебом: все они были разбиты бурями в Обской губе. И в Мангазее настал великий голод. К довершению несчастья в 1643 г. город почти весь выгорел: сгорели воеводский двор, государевы амбары, съезжая изба, некоторые городские стены, а оставшиеся от пожара постройки были или разломаны, или раскрыты.
Хотя из Казанского дворца и шлются распоряжения возобновить, построить погоревшие здания, но исполнить приказ оказывается уже невозможным, — не под силу для местного населения, которого, как оказалось, оставалось небольшое число: „нас служилых людишек всего 94 человека, отвечали в Москву, да из них 70 человек посылаются на государевы службы по ясачным зимовьям и с ясаком в Москву, 10 человек сидят в тюрьме и остается в Мангазейском городе для сбережения государевой казны всего 14 человек. Да и те, за не приходом судов с провиантом, терпят голод и разбегаются. Существование Мангазеи приносило уже один только вред торговым и промышленным людям, лишнюю тяготу, попадать в нее сделалось более доступным кружным путем, через Енисейск и Туруханск, чем через Обскую губу; между тем московское правительство продолжало сохранять этот город до самого 1672 года, когда он, наконец, был перенесен к устью р. Турухана на Енисее. В нынешнем Туруханске и в селе Монастырском при впадении реки Нижней Тунгуски в р. Енисей сохраняются и некоторые реликвии старой Мангазеи.

Фото Туруханска из книги

Башня при Туруханской церкви, где висят голландские колокола, привезенные из Мангазеи

И по настоящее время можно видеть на высокой, отдельно стоящей деревянной колокольне при церкви в Туруханске колокола, перевезенные из Мангазеи и доставленные туда, без сомнения, северным морским путем с голландской надписью следующего содержания „Anno 1616 haeccampana svmtibrei pvr peclesemens estoflata honore dei et bsannae” (с голландского перевести не удалось).
Мангазея перестает существовать, и совершенно исчезает с лица земли торговый город. На месте старой Мангазеи находится лишь небольшая построенная впоследствии часовня.
Что касается до значения Мангазеи в истории торговли сибирского края, то, как пишет князь М. А. Оболенский ясно видно, что она начинала уже занимать важное место, и, если бы не гибельная таможенная система, так деспотически господствовавшая над нашей древней торговлей, то нет сомнения, что Мангазея скоро стала бы одним из главных торговых пунктов Сибири. За это ручалось самое местоположение Мангазеи, исключавшее необходимость возить товары сухим путем и, напротив, представлявшее огромные выгоды водных сообщений, которые начинали уже становиться обыкновенными. Крайний север Сибири, говорит проф. Буцинский, Обдория и Мангазея был известен русским людям гораздо ранее, чем средняя или южная полосы этого края. А между тем в историческом отношении упомянутая местность для многих и очень многих—terra incognita, неведомая земля, покрытая мраком глубокой старины. И не удивительно Обдорск, но крайней мере, напоминает ныне существующий город Обдорск, а Мангазея давным давно сошла с географических карт. Та часть Сибири, которая в XVI и XVII веках известна была под именем Мангазеи, ныне ничем не обращает на себя внимания; поэтому глухому, неприветливому краю в настоящее время только бродят со своими оленями и собаками самоеды. А в старину было время, когда в этом крае кипела жизнь, процветали торговля и промышленность, доставлялись большие выгоды и московским Царям, и их подданным: о нем когда-то говорили, как говорят о стране, текущей медом и млеком. Ведь Мангазея в старину это золотое дно, своего рода Калифорния, куда жадно стремились за добычей драгоценного пушного зверя жители нынешних северных губерний: Архангельской, Вологодской, Пермской и др.
С воспрещением морских плаваний в Мангазею всякое морское торговое движение прекращается более чем на 250 лет, а северный морской торговый путь не только забыт, но исчезла даже вера в возможность плаваний по Карскому морю, считавшемуся впоследствии непроходимым ледником. „После экспедиции Вуда (1676 г.) плавания собственно с целью открытия северо-восточного прохода почти прекращаются, и наступает 200-летний промежуток до плавания Норденшельда на «Веге» в 1878— 1879 г.г., окончательно решившая этот вековой вопрос.

Мангазея

Мангазея 1565

Замечательные люди Туруханска.
Суслов Иннокентий Михайлович-Историк и этнограф, минералог, общественный и политический деятель. Родился в семье дьячка и учительницы музыкальной школы.
Анатолий Седельников, поэт, погибший в годы войны под Люблином в Польше (1944 год).
Шестаков Юрий Григорьевич Заслуженный штурман-испытатель СССР (18.08.1977), полковник. Родился 20 апреля 1927 года в селе Торхан Заиграевского района (Бурятия). Детство провёл в городе Туруханск Красноярского края.
Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий — С 1923 по 1925 год здесь отбывал ссылку выдающийся хирург и доктор медицины, лауреат Сталинской премии позже епископ Красноярский и Енисейский, причисленный Православной церковью к лику святых.
Ариадна Эфрон– С 1949 по 1955 год в Туруханск выслали дочь Марины Цветаевой Ариадну Эфрон.

История названия(топоним).
Название:

  1. По имени местного племени ненцев.
  2. Слово «Мангазея» скорее всего- испорченное сибирским произношением-«Магазин», здесь раньше был устроен запасной склад (магазин) для хранения провианта, выдаваемого бесплатно крещеным самоедам, но есть и другие объяснения.

Видео

Часть 1

Часть 2

Часть 3

Часть 4

Фото и изображения

Фото
Современный вид на село Туруханск с берега Енисея.

Карта окрестностей